Рябчиков Алексей и Серафима

Найти информацию на «Мемориале»

Рябчиков Алексей и Серафима

Город размещения фотографии на "Стене памяти": Челябинск, конструкция № 202
Этой удивительной истории, как и Победе, ровнехонько 60. Впрочем, и наша Победа сродни Олимпиаде, им отведен краткий лишь по меркам Истории-старушки четырехлетний срок.
Великую Отечественную Леша и Сима встретили бесконечно далеко друг от друга.
Леша Рябчиков, сын тамбовского крестьянина, участника гражданской, обитатель барака под Магнит-горой, мечтавший водить такие же паровозы, как давший день рождения второй малой родине – Магнитке, в местной школе ФЗО стал только слесарем. Снижение призывного возраста с 21 до 19 вмиг расстроило и его новые профессиональные устремления. Отправился по неизведанной профессии защищать русскую землю на северной горячей финской границе. Здесь же получил и настоящее боевое крещение, увы, потерял своего лучшего друга. Потом поручали задания в суровых полярных водах, однажды суждено было выживать трое суток по пояс в студеной воде, без пищи, без питьевой воды, без сна.
Има Градобоева, марийская селянка, по примеру отца, первого председателя колхоза, уверенно верховодила уже в октябрятской звездочке, потом в пионерии и комсомолии. После школы осталась в ней …учительницей. Но сердце горело, звало на подвиги. И девчушка при первой возможности сорвалась добровольно на фронт, вслед за отцом и братом. Не слушая благоразумных доводов матери, в лучшем платье и туфлях на шпильках!? В Горьком отчикали густую, ниже спины, косу и определили в телефонистки. Сима с завидной легкостью обогнала девчат-ровесниц и с курсов вышла начальником станции. Дослужилась до штаба Рокоссовского. Да, фронт, да, смерти вокруг, но у командарма хватало отеческих чувств не к красноармейкам, но девчонкам. Ни разу не обратился по уставу, только по именам, как к дочерям.
Лето по всем очевидным признакам предпобедного 1944 года Леша и Сима встретили вместе – под столичным карельским Петрозаводском. В одном полку, в одной большевистской ячейке. И незаметно, бережно, боясь в этом признаться самим себе, начали задумываться о будущем и выстраивать общий и пока такой хрупкий мирок. "Война спишет,”- это не про них. Опьянение освобождением социалистической Родины, неумолимая близость Победы, невозможная к сдерживанию, прущая безумная энергия молодости – все сыграло свою роль. Между боями Леша и Сима начали встречаться, очарованные друг другом, оба веселые и словоохотливые, интересные один больше другого. Дружеские отношения на глазах однополчан перерастали в куда более глубокие и по-настоящему взрослые. Честно говоря, среди рядового состава такие отношения не приветствовались, но уж так чисты и искренни были их взгляды, прикосновения, поцелуи, что командиры не посмели категорически пресечь нарождающееся самое святое чувство между мужчиной и женщиной. Тайные, страстные, сладостные свидания на изумрудной карельской природе продолжались и развивались по безальтернативному вечному сценарию влюбленных.
Когда беременность составила четыре месяца, пришлось делать выбор. Конечно, он был в пользу новой советской жизни. Cима уехала рожать домой к матери. А ее старшина в качестве командира батареи продолжил службу до Победы. Их первая дочь родилась словно по красноармейскому заказу 23 февраля 1945 года. Улучив момент, зарегистрировались в Архангельске. А после демобилизации Алексей уже как законную жену увез Серафиму к своим родителям в Магнитогорск. Родительский собственноручно сооруженный дом на поселке Димитрова под Магнит-горой навсегда стал и их родным гнездом. Дружно, учитывая легкий, добрый нрав Симы, жили душа в душу со стариками, нарожали пяток сыновей и вторую дочку. Их дом никогда не закрывался. Единственный телефон на поселке, установленный им как представителям самой близкой к людям местной советской власти, требовал и формального круглосуточного доступа каждому, да и Сима чувствовала себя обязанной контактировать со всеми, защищать слабых, старых, малых от не всегда порядочных соседей. И ее боялись Поболе милиционера. Учительница и телефонистка Серафима Алексеевна осталась таковой даже когда ноги отказали напрочь, до последних дней жизни. Алексей Григорьевич и сегодня помнит ее только добром. Любовь, рожденная войной, оказалась фантастически живучей и не закончилась смертью одного из их Пары

Добавить историю к фотографии
← Назад     Вперед →